Трудно, почти невозможно актеру говорить о религии. Не только потому, что профессия лицедея не принималась церковью. Присутствие в православном календаре поминовения мученика Порфирия лицедея (28 сентября по новому стилю) или тот факт, что М.Ермолову отпевал сам местоблюститель патриаршего престола, а впоследствии патриарх Сергий, не меняет этого положения ни в коей мере. Остается утешать себя только анекдотом, когда один актер рассказывает другому (каждый раз называются фамилии самых известных для своего времени актеров), что видел сон, как он попал в рай, а второй что он подошел к дверям рая, а апостол Петр не пускает его как лицедея, и вдруг он видит за оградой первого и спрашивает: «А как же этот?» «Ну какой он актер!» отвечает апостол Петр.
Я вернулся в храм. В нем было тихо. Пошел четвертый час ночи, спать не хотелось, я вновь отправился бродить по храму. Это целый город, поделенный между шестью общинами: грекоправославной, католической, армянской, коптской, сирийской и абиссинской (чей монастырь находится на крыше собора). А грекоправославная церковь прямо напротив Кувуклии Гроба Господня. Справа, если стоять лицом к Кувуклии, католики. Я иду в глубину храма. Спускаюсь по широкой лестнице. Там армянская церковь. А дальше внизу место обретения креста, на котором был распят Иисус. Довольно мрачное место. Находиться здесь долго очень тяжело. Я поднялся наверх, еще походил по храму. Теперь и внутри собора стало заметно прохладно. Я опять поднялся на Голгофу и там улегся на лавке и задремал. Я был так переполнен впечатлениями: крещение в церкви св. Марии Магдалины в Гефсимании, первое причастие причастие у Гроба Господня, испытание одиночеством, когда так хочется кому-то излить свои чувства И, как говорится в романах ХIХ века: силы оставили его я задремал, благо здесь было тепло, буквально «как у Христа за пазухой».
Я вышел из храма, попытался пройти в одну сторону, в другую; днем мне казалось, очень просто дойти до Яффских ворот, ночью все было таким незнакомым, тем более что храм находился в палестинской части старого города и это, говорили, небезопасно. Об опасности я совершенно не задумывался, и не потому, что я такой храбрый, просто я ощущал, что в эту ночь со мной ничего не может случиться. И чем плутать по незнакомому городу, не лучше ли вернуться в храм и осмотреть его совершенно одному, без туристов и экскурсоводов. Походил по храму. Затем поднялся по узкой и довольно крутой лестнице на Голгофу, это небольшая церковь из двух частей грекоправославной и католической, постоял перед иконами, посидел, здесь стояли узкие деревянные лавки; снизу послышались звуки очередной службы. Служили армяне грегорианцы. Я вышел ненадолго на улицу подышать. Было уже довольно свежо начало ноября. Подумал, что, наверное, Ему, кроме прочих страданий, выпало и страдание от холода, хотя нет, весной, наверное, было теплее (когда в следующий раз я побывал на Пасху в Иерусалиме, тогда была очень холодная, что не свойственно для этого города, зима с обильными снегопадами, с проломанными от снега крышами и ночи во время Страстной недели тоже были холодные).
Служба окончилась. Потом здесь же, в храме, в помещении, принадлежащем православной конфессии сегодня ее очередь служить, было короткое чаепитие с чем-то испеченным, очень вкусным, чаепитие, проходившее в удивительно милой, душевной, праздничной атмосфере. Затем насельницы обители св. Марии Магдалины, которые пели в эту ночь во время службы, отправились к себе в Гефсиманию, греческий епископ, причт и немногие русские православные тоже как-то незаметно растворились, и я остался один. Один в Иерусалиме, один в храме Гроба Господня. Было где-то около часа ночи.
С.Рихтер. Из книги Ю.Борисова «По направлению к Рихтеру»
Вы догадываетесь, в какую эпоху живете? Догадываетесь? (Шепотом.) В христианскую! Живете или уже жили. Вот все ждут кого-то, ждут а его нет. Может, он уже и приходил а мы проворонили
| | | | Верую, Господи! Помоги моему неверию
Верую, Господи! Помоги моему неверию - Искусство кино
Комментариев нет:
Отправить комментарий